На летние каникулы

Ведомость о церкви Лелиано-Хашатианской в селе Лелиани. 1913 год (История Лагодехи по церковным документам)

Сны и яви Сергея Жадана

Шато "Кирамала"

Ведомость о церкви Святого Георгия в селе Кахи, 1912 год (История Лагодехи по церковным документам)

Первый фотограф Лагодехи

С выжженными глазами... (Из цикла "Стихи Сергея Жадана в переводах Лачина"". Стих 3)


Посетителей: 1422894
Просмотров: 1718569
Статей в базе: 570
Комментариев: 4367
Человек на сайте: 1







Людвиг Млокосевич. Часть 7. Горы Млокосевича

Автор: Петр Згонников

Добавлено: 10.09.2015

LM from Bogdanov
 Людвиг Млокосевич

«Эти дикие горы не для Вас, уважаемый пан,  - писал польский зоолог, директор  Зоологического кабинета при Варшавском университете Владислав Тачановский своему меценату  Константину Браницкому, -  а для такого привычного к трудностям человека, как  Млокосевич».  Отговорить богатого мецената и путешественника ученому  не удалось – желание поехать  в Лагодехи, чтобы повидать «оригинала, каких мало», и увидеть громады лагодехских гор, о которых он был так давно наслышан, победило, и  Константин Браницкий  отправился в  Лагодехи.

Горы в районе  Лагодехи самые отвесные на южных склонах Главного Кавказского хребта,  что делает их непроходимыми во многих местах. И Млокосевич не случайно стал проводником Браницкого: никто в Лагодехах  не  знал так хорошо  секретов высотных троп, как он, многолетний лесничий и старожил с пятидесятых годов.  

Восхождения в горы стали для  Млокосевича жизненной необходимостью. Как сон, как пища.  Если не больше.   «… В моем организме есть свои странности, - писал он в 1889 году. -  Я могу целую неделю не есть,  могу целый месяц не спать». А вот без гор он жить не мог вовсе, и очень символично, что ушел из жизни в возрасте под 80 не на домашней кровати, а в походной палатке,  в горах, на высоте под 3000 метров, до которых добирался из Лагодех двое суток.

Млокосевичем  давно  исхожены лагодехские бугры  и поднебесные пики дагестанских гор, Месхетский хребет на западе Грузии, сухие  возвышенности Эйяр-оуги  и горы вокруг Тифлиса.

В своих путешествиях Млокосевич упорно ищет новые, незнакомые науке растения и животных.  В  лагодехских горах,  под густой тенью буковых деревьев,   нашел   пион с желтыми цветами, названный впоследствии  Пионом Млокосевича.  На Зекарском перевале в Грузии поймал саламандру, показавшуюся ему несхожей с известными  видами. Антон Вага, французский ученый, изучив присланный экземпляр, 

B-na-Zekarskom-perevale
 Зекарский перевал

подтвердил догадку и назвал проворное подобие ящерицы кавказской саламандрой.

В одну из поездок по Сигнахскому уезду Млокосевич обнаружил на северном склоне горного  массива Эйяр-оуги, что лежит на правом берегу реки Иори, рощу сосны из почти двух тысяч деревьев. Ботаническая принадлежность вызвала у него замешательство – такой разновидности хвойного дерева, чем-то отдаленно напоминавшую  пицундскую сосну, он не знал.

Отправил образцы авторитетному знатоку кавказской растительности, ботанику-дендрологу Якову  Медведеву и тот подтвердил: сосна незнакома науке. Ученый описал ее под названием Эльдарской (Pinus eldarica). Находка Млокосевича получила широкую известность. По инициативе  графини Прасковьи Сергеевны Уваровой, энтузиастки «зеленого движения» в России,  роща Эльдарской сосны в ноябре 1910 года была объявлена заповедной. Администрация края выделила деньги на охрану, для стражников построили  двухэтажный домик, деревья пронумеровали и нанесли на план, саму же  рощу, в наиболее её доступных местах, обнесли забором. Роща эльдарской  сосны сохранила свой заповедный статус до наших дней, сейчас на ее месте находится Азербайджанский государственный природный заповедник «Эльдарская сосна».  

Горы  для   Млокосевича  обладали необыкновенной притягательностью. Иногда он неожиданно исчезал и пропадал целыми неделями среди «чистой природы». Каждое лето  устраивал  поездки  с детьми на «летние дачи» в горах. Самые маленькие ехали в хурджинах, переметных  сумках, свисавших с двух боков коня, старшие -  пешком или на лошадях. Впереди гнали буйволиц. Добравшись до горных лугов, разбивали палатки и принимались налаживать жизнь. Отец каждому находил занятие. Кто-то пас и доил буйволиц, кто-то носил воду из горного родника. Взрослые сыновья охотились, доставляли дрова из лесу, а дочери готовили пищу, помогали отцу собирать и препарировать растения и насекомых.

Млокосевичем  давно  исхожены лагодехские бугры  и поднебесные пики дагестанских гор, Месхетский хребет на западе Грузии, сухие  возвышенности Эйяр-оуги  и горы вокруг Тифлиса. Идут годы, добавляют седин в дарвиновскую бороду Млокосевича, и ему, казалось бы, давно пора забыть о горных путешествиях, а он по-прежнему неутомим. 

B-Emil-Khalilov-Eld-sosna-v-Ellyaroyagu
 Эльдарская сосна. Хребет Эйяр-оуги (Элляроглу). Фото: Эмил Халилов

В 1878 году, в  сорок семь лет,  ему вдруг страстно захотелось отправиться на Демавенд, на величайшую вершину Персии. Оставив со скудными средствами жену с детьми, он отправляется в дальний путь и прибывает к подножью горы с восемью рублями (породистый осел в то время стоил от 40 до 100 рублей), нанимает  проводника и начинает восхождение.

Легендарная гора Демавенд! 5670 метров над уровнем моря! Самая высокая в Персии!  Перед закатом солнца пик идеальной конической формы окрашивается в красноватый цвет, будто перекликаясь с морем красных маков, подступивших к основанию горы.   Над вершиной Демавенда всегда клубится дым – это смрадное дыхание злого духа Биварасба, заключенного храбрым Афридуном  в недра горы. 

Разве мог романтичный, любознательный Млокосевич пройти мимо такой красоты, что лежит всего в какой-то тысяче верст от него? Не мог, и  он пошел, выкроив из скромного семейного бюджета гроши, как когда-то  отправился в месячную экспедицию в в Дагестан, имея в кармане три рубля…

Восхождение закончилось трагически. Млокосевич и его спутник получили солнечный удар. Проводник умер, а Млокосевич с сильной головной болью, больной  и  голодный, несколько дней  добирался до ворот русской миссии в Тегеране, преодолев почти двести верст. Русский посол Зиновьев принял деятельное участие в судьбе соотечественника, разместил в миссии, окружил заботой и помощью. По выздоровлении  Млокосевич  покинул миссию и  отбыл, снабженный деньгами и рекомендательным письмом,  домой.

B-Damavand-in-Spring
 Гора Демавенд

Персидская неудача  не  остановила  Млокосевича. Именно так, думаю, можно  расценивать предпринятую им летом 1889 года попытку взойти на другую легендарную гору – на более чем пятикилометровый Арарат.

Подъем был назначен на 20 августа, за неделю до  58-летия, и, очень похоже, что эта дата была выбрана не случайно – таким образом он хотел отметить день своего рождения.

Отправился  Людвиг Францевич не один - взял с собой 14-летнего сына Константина и 17-летнюю дочь  Юлию. Наверное, хотел быть уверенным в том, что если не он, то кто-нибудь из детей непременно покорит вершину этой величайшей горы.

К подготовке на этот раз он отнесся много серьезнее, но не без упущений, и одно из них подведет его за несколько минут до победы.  Восхождение должны были обеспечивать три курда-носильщика и местный лесной   объездчик Макар Ходжаев.

Подъем начался утром 20 августа. К вечеру достигли отметки около трех  с половиной километров, заночевали у подножья большого родника. Ранним утром движение было продолжено. Млокосевич шел позади всех, привычно  «предаваясь  наблюдениями  органическою жизнью местности». 

На  высоте около 4500 метров пришлось остановиться. Плохо стало сыну Косте, его била сильная лихорадка. Мальчика оставили на попечение одного из курдов  и двинулись дальше. 

B-Ararat
 Гора Арарат

Млокосевич одолел  5100 метров,  до вершины оставалось не более 50, и этот отрезок пути он преодолеть не смог. Виной была легкая блуза. Ледяной ураганный ветер на  вершине продувал ее насквозь и Млокосевич, невмочь противостоять сковавшему его холоду,   начал спуск.

Близка к цели была Юлия. Оставалось не более  15 метров до вершины, когда  девушку накрыла волна удушливого газа, и она потеряла сознание. Подоспевшие курды снесли девушку на руках. «Однако, и это с ее стороны подвиг, - писал Млокосевич, - меня очень радует, что первая женщина, поднявшаяся на Арарат, была она».

Имя Юлии Млокосевич осталось в истории  мирового альпинизма. Эти недостающие 15 метров стоили ей короны первой в мире женщины, покорившей Арарат, но никто не отнимет у нее славы первой в мире женщины, отважившейся пойти на  покорение Арарата и  первой в мире женшины, практически достигшей вершины Арарата. С такой формулировкой она и заняла свое место в списке самых известных покорителей горных пиков.

В путешествии на Арарат  Млокосевич сделал ряд интересных зоогеографических наблюдений, которые имели научное значение и были представлены вниманию научной общественности.

В 1900 году  в Лагодехи приезжает молодой сотрудник Ботанического сада   Императорского Юрьевского университета  Болеслав Гриневецкий. Он проводил изучение  растительности на правобережье  Алазани и, закончив дела, нашел время заглянуть в Лагодехи к  Млокосевичу, тем более, что это  рекомендовал сделать его учитель, профессор Юрьевского университета Николай Иванович Кузнецов.

B-gora-Khochaldag
 Гора Хочалдаг (красная точка); левее, на западном склоне, Озеро Черных скал, разделенное границей между Грузией и РФ
B-zapadnyi-sklon-Khochadag
 Западный склон горы Хочалдаг (справа); Озеро Черных скал. Фото: Леван Осипов

Гриневецкий  не смог скрыть своего удивления от встречи с "лагодехским старцем". 69-летний хозяин дома превзошел все ожидания 25-летнего гостя. Молодой ученый увидел перед собой  энергичного,  физически крепкого,  здорового  человека, который охотно вызвался быть  ему спутником  в   походе на гору Хочалдаг (3486 м).

« На третий день вечером [после восхождения на Хочалдаг] мы вернулись в Лагодехи. Удивился я  физической крепости Млокосевича, питая к нему большую благодарность, что  решил сопровождать меня в том восхождении, хотя ему было уже под семьдесят. Мог же ограничиться общими указаниями и дать мне в проводники кого-либо помоложе. Он был влюблен в природу своего уголка и поэтому хотел лично познакомить с нею новичка, каким я тогда еще был, чтобы как можно лучше узнал я растительность и характер природы Кавказа» .

Ближе к горам, чем Млокосевич с семьей, в Лагодехи не жил никто. Каждое утро, выходя из дому, Людвиг Францевич видел уходящий в долину отрог Монастырской; спустившись чуть к слободке, мог смотреть на  лысую вершину Нинигоры и луку Анцальской горы.

Похоронили  Млокосевича  в Лагодехи, на  русском кладбище в Слободке. Могила находится на  южной оконечности кладбища, в двух-трех метрах от забора, за которым до самой Алазани сереет каменными валунами широкое плато  речки Хочал-ор (Лагодехисхеви). Речка протекала в сотне метров от усадьбы Млокосевича, бушевала в непогоду и пересыхала в жару.

С места, где покоится Млокосевич, хорошо видны горы.  Они тянутся с запада, с туманных закабальских далей, на восток, до белоканских  хребтов.

Как бы их не называли географы, в моем сознании они  связались  с именем Млокосевича. 

Горы Млокосевича.

 

Фото: с помощью Яндекс

Просмотров: 2052


Правила написания комментариев

Комментарии к статье:

Комментарий добавил(а): Александр из Сибири
Дата: 14-09-2015 00:00

Только за Эльдарскую сосну мы должны быть благодарны Млокосевичу. Это одно из красивейших деревьев.И в любом городе Закавказья ее сажают в парках и на площадях. Я много видел разных сосен от ялынок Харькова до сланника на Камчатке нет красивее Эльдарской.

Удалить

Комментарий добавил(а): Ника
Дата: 15-09-2015 00:00

" Восхождения в горы стали для Млокосевича жизненной необходимостью. Как сон, как пища..." - пишет Петр. Интересно по этому поводу высказался и Лермонтов в своем письме к Раевскому осенью 1837 года: " ... право я не берусь объяснить или описать этого удивительного чувства: для меня горный воздух - бальзам; хандра к чорту, сердце бьется, грудь высоко дышит - ничего не надо в эту минуту, так сидел бы да смотрел целую жизнь". У Вас, Петр, бывало такое ощущение? И еще - скоро год как в октябре 2014 Вы задали загадку - бывал ли Лермонтов в Лагодехах? И картина. Что- нибудь узнали?

Удалить

Добавить Ваш комментарий:

Введите сумму чисел с картинки