Предисловие автора сайта

Статья Петра Дашкевича и Дариуша Ивана "Письма Людвика Млокосевича Антону Ввге" состоит из пяти разных по содержанию глав:  

1. Мастерская естествоиспытателя. 

2. Флора и Фауна Кавказа.

3. Языкознание и этнография.

4. Путешествие графа Константина  Браницкого на Кавказ.

5. Смерть князя Ильи Челокаева. 

С разрешения авторов  эти главы будут опубликованы на сайте отдельными статьями.

Сегодня публикуется первая глава, «Мастерская естествоиспыталя».  В письмах к Антону Ваге, написанных с 1876-го по 1880 год, Людвик Млокосевич рассказывает о разных аспектах своей работы «по собиранию предметов естествознания». Большое место в обсуждении занимает финансовый вопрос, что должно быть понятно: для Млокосевича, не имевшего в те годы постоянной работы, деньги от продажи натуральных образцов были главным источником доходов для его большой семьи, не говоря уже о том, что сама по себе коллекторская работа требует немалых  затрат и  просто невозможна без денег. 

Антон Вага (Antony Stanislaw Florian Waga) (1799-1890) был  учёным-биологом,  внёсшим особенно заметный вклад в энтомологию и орнитологию, был к тому же ещё поэтом, писателем, литературным критиком и путешественником. Антон Вага был тем, кто описал  пойманную Млокосевичем на Зекарском перевале неизвестный вид длиннохвостой  саламандры, получившей  в науке  название Exaeretus caucasicus Waga 1876.

Вага был на 32 года старше Млокосевича, но это не мешало их дружеским отношениям. Когда Ваге было 77 лет, Млокосевич приглашал его посетить Лагодехи вместе с ехавшим туда в экспедицию графом Константином Браницким, польским путешественником, меценатом и учёным, общим знакомым Ваги и Млокосевича. Вага однако на Кавказ не поехал, прислушавшись, вероятно,  к словам попечителя Варшавского зоологического кабинета Владислава Тачановского, что "дикие лагодехские горы хороши лишь для такого привыкшего к невзгодам человека, как Млокосевич".

Пётр Згонников, автор сайта   

------------------------------------------

Предисловие ЧАСТЬ ПЕРВАЯ  Часть вторая Часть  третья Часть четвёртая Часть пятая

 Пётр Дашкевич, Дариуш Иван

Мастерская естествоиспытателя

(Из цикла  «Письма Людвика Млокосевича  Антону Ваге. Часть 1 из 5)

 2020

Жизнь и научная деятельность Людвика Млокосевича уже были предметом нескольких исследований Обсуждались как его заслуги в познании природы Кавказа, так и его богатая биография, в частности, фигура его отца, выдающегося офицера, генерала Францишека Млокосевича,  пребывание Людвика с 11 лет в Александрийском кадетском корпусе, военная  служба на Кавказе в Лагодехи, дружба с лезгинами, последующее увольнение из армии, подозрение в участии в «польском заговоре» кавказских народов, арест и ссылка в Воронежскую губернию, и, наконец, возвращение в Лагодехи, где он более 40 лет очень плодотворно занимался исследованиями природы  Кавказе и работами по акклиматизации растений.

Людвик Млокосевич, как и многие натуралисты XIX века, долгие годы зарабатывал на жизнь продажей музеям и коллекционерам образцов животных и растений, а также оказанием помощи в организации научных экспедиций. Именно ему разные учреждения обязаны многими до того неизвестными видами кавказской фауны и флоры. Присылаемыми образцами он регулярно пополнял коллекцию Варшавского зоологического кабинета, тесно сотрудничая с его хранителем Владиславом Тачановским. 

Исследования, проведённые в последние годы, документально подтвердили также факт интенсивного сотрудничества Млокосевича с западноевропейскими научными учреждениями, в частности, с Национальным Музеем Естественной Истории в Париже и с частными учёными-коллекционерами во Франции, а также с Игнасио Боливаром и Museo Nacional de Ciencias Naturales в Мадриде.  

Письма Млокосевича Антону Ваге еще никогда не были предметом исторического исследования. Они хранятся в Научном архиве Польской Академии Наук и в Польской Академии Знаний (PAU) в Кракове. После смерти Ваги его коллекции, библиотека и корреспонденция были приобретены Польской Академией Знаний у его внука, учёного Антония Гроблевского.

Авторы настоящей статьи использовали копии писем, хранящихся в Музее и Институте зоологии Польской Академии Наук в Варшаве (копии, скорее всего, были заказаны Кристиной Ковальской (1915–1994), которая хотела подготовить монографию по истории Варшавского зоологического кабинета, однако, этот проект так и не был реализован – авторы), оригиналы использованных в работе   документов относятся к 1876–1880 годам. 

Как известно, первые контакты Л. Млокосевича с А. Вагой произошли в 1868 году, сразу после его возвращения в Лагодехи из воронежской ссылки.  Таким образом, можно предположить, что сохранившиеся письма не охватывают всю переписку этих натуралистов. С другой стороны, первое письмо связано с подготовкой экспедиции Константина Браницкого на Кавказ в 1876 году, так что, возможно, только тогда А. Вага и начал переписываться с Л. Млокосевичем. Сохранилось десять писем: от 9 февраля 1876 г., 10 апреля 1876 г., 18 января 1877 г. (все три из Лагодехи), 12 апреля 1877 г. (из Тифлиса), 28 мая 1877 г., 3 декабря 1877 г. (оба из Лагодехи), 12 июля 1878 г. (из Зергенде, «В 10 верстах от Тегерана», из летней резиденции русского посольства), 9 декабря 1878 г. (из Тифлиса), 6 ноября 1879 г., 1 октября 1880 г. (оба из Лагодехи). Все письма были отправлены во Францию по адресу: 22 Rue Penthièvre в Париже. В этом многоквартирном доме находилась одна из квартир семьи Браницких*  В этой квартире останавливались А. Вага и другие польские натуралисты, здесь хранились природные образцы, присланные, в том числе, из Южной Америки Яном Штольцманом, здесь жили Киприан Камил Норвид и Зигмунт Красинский. Иногда Млокосевич отправлял Ваге, как видно из его письма от 6 января 1877 г., книги и другие предметы на адрес компании Deyrolle (Генри Дейролль (1827-1902), энтомолог и продавец природных материалов, хранитель энтомологической коллекции Ежи Мнишека, брат Ахилла Дейролля (1813-1865), руководившего с 1831 года оной из крупнейших в мире компаний по торговле прирдными образцами - авторы).

С другой стороны, письма А. Ваги были отправлены не из Парижа, а из дворца в Монтрезоре в департаменте Эндр-и-Луар, также принадлежавшего семье Браницких.  

Антон Вага, выдающийся зоолог, ботаник, этнограф и лингвист, был естествоиспытателем, которому, вне всяких сомнений, Млокосевич был обязан значительной поддержкой. Не только добрые советы «Нестора польских зоологов», как часто называли А. Вагу, но и его сеть международных, особенно французских, российских и испанских контактов, позволили Млокосевичу продавать кавказские природные материалы в более существенных объемах.

Оказывали Млокосевичу финансовую поддержку Константин Браницкий и Ежи Мнишек, а также значительную и всестороннюю существенную помощь он получал со стороны Владислава Тачановского и Варшавского зоологического кабинета.

Язык, на котором были написаны письма, может вызвать у современного [польского] читателя замешательство. Он полон орфографических и грамматических ощибок, русизмов, французских слов и выражений. Однако следует помнить, что Людвик Млокосевич вступил в Александрийский кадетский корпус в возрасте одиннадцати лет и провёл остальную часть жизни, за исключением очень короткого периода  отрочества, в русской армии [и в русском военном поселении Лагодехи] на Кавказе. Можно предположить, что по этим причинам он имел дело с польским языком лишь изредка, откуда, несомненно, и идёт смешение языков в его письмах.

Мастерская естествоиспытателя

Во второй половине XIX века финансовое положение натуралистов, не работающих в государственных или частных научных учреждениях, было очень тяжелым. Вот почему среди них было так много «учёных-любителей». В этой группе, помимо богатых людей, мы можем найти учителей, военнослужащих или священников, которые благодаря своей работе или службе и имея определённый минимум материального существования, могли посвящать своё свободное время изучению природы. Однако даже в таких случаях часто приходилось искать дополнительные финансовые средства. Научные исследования всегда были и остаются относительно дорогостоящим занятием. Помимо огромных затрат времени, они требуют покупки специализированного оборудования: микроскопа, оружия, шкафов, витрин, а также реагентов, средств консервации животных и растений. Как правило, необходимо было также оплачивать проезд и почтовые расходы, которые в то время были дорогими. Во второй половине девятнадцатого века существовал очень большой рынок сбыта природных материалов. Экземпляры некоторых видов фауны и флоры стоили порой очень дорого. Существовали специализированные компании, такие как Maison Verreaux или Deyrolle во Франции, благодаря которым натуралисты зарабатывали на жизнь продажей образцов, приобретаемых музеями и коллекционерами. Таким образом, коммерческий характер их деятельности во многом способствовал познанию мировой фауны и флоры. 

Продажа природных материалов долгое время была очень важным источником дохода и для Людвика Млокосевича, позволяя ему пополнять скромный доход, получаемый им со своего приусадебного участка, от занятий земледелием и от   выращивания разных культур**   Он многократно возвращается к этому вопросу в письмах к Антону Ваге, как и к вопросам, связанным  с организацией экспедиций, трудностями в коллекторской работе, методами подготовки образцов и с другими аспектами работы натуралиста. 

В письме от 12 апреля 1877 г. он сообщает о 50 рублях, присланных ему Владиславом Тачановским, а также об усилиях по финансированию экспедиции:

«Я собирался поехать в Среднюю Азию, это моя давняя цель, но так выходит, что это лето придётся провести в Лагодехах.  Я писал   господину Дембовскому (Людвик Дембовски - землевладелец, энтомолог, сотрудничал с В. Тачановским и А. Вагой, организовал коллекцию насекомых в Варшавском зоологическом кабинете – авторы) об отправке мне 400 рублей на поездку, я всегда отправляю ему свои основные коллекции, поэтому я спокоен в отношении денег, но ничего от него не получил. Я поехал в Тифлис просить субсидию на эту поездку у Кавказ[ского] географического общества, но из-за [русско-турецкой]  войны [1877-1878 гг] они не получили в этом году ничего от правительства, и их касса пуста, а местное Общество натуралистов своей кассы пока не имеет. Таким образом, я приезжаю завтра в Лагодехи с опущенным носом (польская идиома, аналог русского «не солоно хлебавши» – автор сайта), и мне придётся забыть о Туркмении и Персии, что меня совсем не радует. 

В письме от 3 декабря 1877 г. вновь поднимается вопрос о деньгах: 

Я получил письмо от господина Дембовского, в котором он уведомляет меня, что Профессор (здесь и далее  Млокосевич часто говорит об Антоне Ваге в третьем лице, используя вместо слова «Вы» слова «Профессор» и «Пан» - автор сайта) дал ему для меня 50 рублей, из которых он потратил 30 на всякие мои поручения, а 20 прислал мне в письме. Большое спасибо, Профессор, за эти деньги. Они мне очень пригодились при нынешних обстоятельствах.  

В этом же письме Млокосевич писал о несостоявшейся экспедиции и о войне:

Из-за войны поездка в Среднюю Азию не удалась. Уже 2 мая   пришлось   охранять дом, а 5 сентября мы бросили свои дома и собрались в военной казарме, где два месяца каждый день ждали нападения лезгин***.  В нашем районе, под самыми   Лагодехами, они зарезали много людей, угнали много крупного рогатого скота, в том числе и моих превосходных коров.  А возвратившись в свои дома, мы не досчитались многих вещей.  Картофель выкопали, лимоны оборвали, птиц переловили, заборы сломали. Тяжко сказалась на мне эта война.

Несомненно, труд натуралиста в таких тяжёлых материальных условиях и неопределённости повседневной жизни требовал больших жертв. Кроме того, такое занятие редко понималось и принималось обществом. Нет ничего удивительного, что Млокосевич писал в письме от 27 января 1878 г.:

Было очень приятно узнать, что Профессор остался доволен моими насекомыми. Сожалею, что мои намерения поехать в Среднюю Азию в прошлом году не осуществились, иначе мои сборы были бы намного больше и интереснее. Однако любыми средствами, если только мир будет заключён, буду стараться выполнить в этом году свой прошлогодний план. Это моя единственная и постоянная мечта. Я знаю, насколько трудно такое путешествие и как странно большинство людей смотрят на такую работу, но я влюблён в нее и уверен, что, работая таким образом, я  сею пшеницу, не хуже нашей Сандомирки**** 

Млокосевичу не хватало денег также во время путешествий. В письме от 12 июля 1878 г., находясь в поездке по Персии, он следующим образом описывал свою ситуацию:

Я нанял их (проводников – автор сайта) до Решта, где ожидал получения 1000 рублей, так как писал в Географическое Общество и в Общество Натуралистов, что они отправили мне слишком мало в Баку, и вместо ожидаемых минимум 300 я получил только 120. Из тех 120 большую часть я потратил в Баку, не на вино***** , а на различные дорожные расходы, такие как паспорта, билеты на судно и т. д.  И я должен буду ещё представить отчёт о поездке обеим компаниям и 2 коллекции пойманных видов. Мне кажется, что мне было бы выгоднее его (проводника – автор сайта ) отпустить, каждый день на него мне обходится в 2.бб [рубля]. И как долго мне так мучиться, я тоже не знаю, но и расплатиться с ним я не могу, так как у меня нет денег. Не будь тех несчастных случаев (имеется в виду солнечный удар, полученный Млокосевичем на горе Демавенд, и смерть одного из проводников – автор сайта), я бы уже добрался до Решта и у меня еще оставалоь бы 24 р[убля]. И тогда мне пришла в голову мысль. Поехать в Зергенде, представиться там [российскому] послу, рассказать ему о моём положении и попросить одолжить мне 80 рублей до Решта, откуда я вышлю ему его деньги. Посол Ян Зиновьев - очень образованный, великосветский человек. Он немедленно распорядился выдать мне государственные деньги и, видя перед собой скелет, говорит мне: «Я бы очень хотел, чтобы Господин  прислушался к моему совету. Сейчас в Тегеране ужасная жара, и комары не дают уснуть (это правда). У нас здоровый воздух, мы на 1000 футов [305 м] выше Тегерана, у нас есть хороший врач, Вам здесь уже скоро станет лучше, так что оставайтесь у нас – поправитесь и тогда снова сможете идти дальше. Запомните, что запускать болезни в этой стране нельзя, последствия могу быть самыми горькимие».  Я поблагодарил его за проявленное ко мне тёплое участие. Вернулся в город и рассчитался с чарвадаром (проводником – автор сайта) и миссис Прево (жена хозяина французской гостиницы в Тегеране, где останавливался Млокосевич – автор сайта), а на следующий день приехал в Зергенде. Зергенде - очень красивое место, это летняя резиденция находящихся здесь европейских посольств. Эти посольства следующие: английское, французское, турецкое, австрийское, чей поверенный в делах П. Кучинский якобы из Галиции.

В письме от 9 декабря 1878 года Млокосевич, помимо финансовых вопросов, поднимает вопрос о препарировании животных:

Получил письмо Профессора и 75 рублей в нём. Я очень благодарен за присланную сумму, потому что после поездки был гол, как турецкий святой. Заёмные деньги пришлось отсылать с дороги.

В Тегеране продаётся много бирюзы, различных других драгоценных камней и жемчуга, а также много старинных вещей. Я упомянул графа Рембелиньского, который предлагал мне покупать разные, интересные на Западе вещи, но в Тегеране у меня не было на это денег. Пан [Профессор] говорил, что надо было мне ещё собирать гадюк, лягушек и всяких земноводных, включая даже рыб. Заспиртованные образцы мне дорого обходятся: они занимают много места, бутылка дорогого чистого спирта однажды разбилась у меня в дороге, а в нынешнем путешествии (спирт) вылился из бутылки. Однажды пришлось выбросить 12 интересных змей, потому что они испортились, а за змей я ещё ничего не получил. В любом случае я бы попросил Пана написать мне, как сохранять лягушек. Я несколько раз спиртовал их, но потом выбрасывал - они теряли цвет. А в Персии я видел много лягушек, и они показались мне новыми видами. Это же касается рыб, нужно ли вынимать внутренности и спиртовать крепчайшим спиртом или же достаточно крепкой водки? В следующем году, если мои проблемы улягутся, и Общество предоставит мне субсидии на дорогу, я постараюсь ещё в марте   выехать снова в Персию. Теперь эта страна мне известна, и я смогу наверстать всё, чего не смог сделать в прошлом году из-за моей двухмесячной болезни и позднего времени моего выезда (Млокосевич выехал из Лагодехи в Персию в конце мая - начале июня -  автор сайта).

В письме от 6 ноября 1879 г. путешественник поблагодарил А. Вагу за полученные от него еще раз 75 рублей, а также за названный его именем новый вид насекомого Hyalesthes młokosiewiczi (вид, посвящённый   в 1879 году Млокосевичу Виктором Антуаном Синьоре (1816-1889), врачом и энтомологом; вероятно, знавшего  Млокосевича по его путешествиям в Азию; был также другом А. Ваги – авторы)_), а в письме от 1 октября 1880 г. подтвердил получение суммы… и здесь же посетовал на брак Дембовского:

Получил с письмом 100 рублей, за что очень благодарен. Если г-н Профессор где-нибудь встретится с г-ном Дембовским, скажите ему, что 25 рублей из числа последних 100   я получил. Я бы написал ему об этом сам, но в связи с его вояжами по Европе я потерял его адрес.  Я очень рад его сегодняшнему счастью, но совсем не ожидал, что этот холодный философ, столь преданный бабочкам, приохотился бы к поэзии жизни. Я согласен, что ему сейчас приятно и хорошо, но наши бабочки уже не будут ему такими милыми, и вопросы всяких жизненных обстоятельств возьмут верх над работой, которой он   вызывал восхищение всего мира.  

----------------

Примечания автора сайта

* Константин Браницкий (1824-1884) - богатый землевладелец, меценат Зоологического кабинета в Варшаве,   спонсор научных экспедиций в разные страны мира. В 1876 году  по приглашению Млокосевича  совершил путешествие  в Лагодехи.

** Имеется в виду период до конца декабря 1879 года, когда Млокосевич ещё не вступил в должность лесничего и находился в особенно трудном материальном состоянии.

*** В XIX веке грузины и русские поселенцы и, как видим, Млокосевич тоже, лезгинами называли всех жителей Дагестана. 

**** Сандомирка - польский сорт пшеницы, известный высоким качеством зерна и большой урожайностью; Млокосевич проводит параллель между трудами по посеву пшеницы и своей  работой по «собиранию предметов естествознания для учёных мира», подчёркивая тем самым,  что конечные результаты его работы оправданы, несмотря на то, что они непонятны и вызывают удивление у окружающих, в массе своей малограмотных крестьян. 

****** Здесь Млокосевич несомненно иронизирует; по воспоминаниям его внучки Елены Тулашвили, он  не употреблял алкогольных напитков.

--------------------

Печатается по изданию:

Piotr Daszkiewicz, Dariusz Iwan. Listy Ludwika Młokosiewicza (1831–1909) do Antoniego Wagi (1799–1890) interesujące świadectwo polskiej obecności na Kaukazie i historii nauk przyrodniczych w XIX wieku // Echa Przeszłości XXI/1, 2020, s. 313-329.

Перевод с польского: Пётр Згонников

Просмотров: 496

Комментарии к статье:

Добавить Ваш комментарий: